Залескова Антонина Григорьевна — различия между версиями

Материал из Wiki
Перейти к: навигация, поиск
Строка 1: Строка 1:
 
- Сколько Вам было лет, когда война началась?
 
- Сколько Вам было лет, когда война началась?
 
 
- Мне как раз 18 исполнилось. Через неделю война. Мне 12 июня, а война началась 22. Я уже работала на заводе Масленикова. Написала заявление, чтобы на фронт взяли. Разве мы понимали, что такое война? Не видели ни разу. Так как я работала на военном заводе, то меня на фронт не взяли, а кто не работал из девушек – взяли. Там нужны были девушки. Конечно, работали очень много, по 12-15 часов работали. Нужно было оружие, мы еще не готовы были к такой войне. Потому что война без предупреждения была, он сразу напал на нас, мы и не знали, что будет война.  
 
- Мне как раз 18 исполнилось. Через неделю война. Мне 12 июня, а война началась 22. Я уже работала на заводе Масленикова. Написала заявление, чтобы на фронт взяли. Разве мы понимали, что такое война? Не видели ни разу. Так как я работала на военном заводе, то меня на фронт не взяли, а кто не работал из девушек – взяли. Там нужны были девушки. Конечно, работали очень много, по 12-15 часов работали. Нужно было оружие, мы еще не готовы были к такой войне. Потому что война без предупреждения была, он сразу напал на нас, мы и не знали, что будет война.  
 
Потом из Ленинграда, Москвы, других городов станки перевезли сюда, в Куйбышев, и все поставили за месяц-полтора, быстро все делали. И начали выпускать здесь военную продукцию. На заводе Масленникова, на других заводах. Работали по 12 часов. И моложе меня были, но они мало что могли, ребенок и есть ребенок. По 12, по 15 лет. В коридоре спали – не разбудишь. Сидят-сидят – и уснут. В общем, тяжело было. Молодые, конечно, спать охота, а притом и дома помогать надо.  
 
Потом из Ленинграда, Москвы, других городов станки перевезли сюда, в Куйбышев, и все поставили за месяц-полтора, быстро все делали. И начали выпускать здесь военную продукцию. На заводе Масленникова, на других заводах. Работали по 12 часов. И моложе меня были, но они мало что могли, ребенок и есть ребенок. По 12, по 15 лет. В коридоре спали – не разбудишь. Сидят-сидят – и уснут. В общем, тяжело было. Молодые, конечно, спать охота, а притом и дома помогать надо.  
 
 
У меня семья была большая: 8 человек нас, детей. Комнатка маленькая. А тут начали к нам эвакуировать людей: там бомбить стали. Людей стали сюда к нам в Куйбышев, на дальний Восток, во все города стали присылать людей, которые под бомбежку попали. Расселяли по квартирам. У кого и маленькая - все равно вселялись, потому что некуда было народ девать. У нас здесь-то и  тогда маленькая жилплощади, много еще не построено было. Потому что не так много у советской власти времени было. Я родилась в 1923 году, я знаю, до 1930 года  мы жили в Коптевом овраге – может слышали? – вот там я родилась. Оттуда ездили на лошади в город. Но эта лошадь у нас не сразу появилась. Ну ладно про это. А вот про войну-то надо побольше вам сказать.
 
У меня семья была большая: 8 человек нас, детей. Комнатка маленькая. А тут начали к нам эвакуировать людей: там бомбить стали. Людей стали сюда к нам в Куйбышев, на дальний Восток, во все города стали присылать людей, которые под бомбежку попали. Расселяли по квартирам. У кого и маленькая - все равно вселялись, потому что некуда было народ девать. У нас здесь-то и  тогда маленькая жилплощади, много еще не построено было. Потому что не так много у советской власти времени было. Я родилась в 1923 году, я знаю, до 1930 года  мы жили в Коптевом овраге – может слышали? – вот там я родилась. Оттуда ездили на лошади в город. Но эта лошадь у нас не сразу появилась. Ну ладно про это. А вот про войну-то надо побольше вам сказать.
Очень были трудные времена. Говорили все: если мы не будем работать, мы не победим. Мы работали для фронта, для своей страны. Хотя мы и в школе учились. У нас были такие значки – ГТО - готовься к обороне – все равно нам внушали. Ну а тут уже на глазах увидели, что такое война. Каждый [день], я жила на 4 просеке, у Волги, ходили пешком – никаких трамваев не было. Ходил один, как сейчас двойной, а он один. На 3 просеке разъезд. 2 трамвая – доходит один. Другого ждет, пока приедет тот и тогда разойдутся они: этот вниз пойдет, в овраг, а этот к заводу. А мы пешком ходили – на трамвай не сядешь: столько народу. Утром, как просыпались, вставали в 6 часов и шли на работу, пока придем – тут все-таки 2 км от Волги. Раньше по-другому завод назывался – Тарасова или карбюраторный. Пока сюда дойдешь, радио уже начинает говорить, и нам Левитан начинает сообщать, что мы сдали. И в первое время все время сдавали города. Разбитые, все дотла, деревни. Над людьми издевались – это нам уже рассказывали те люди, которые приезжали оттуда – мы то это не видели. А вот приезжали оттуда и говорили, что творят немцы, издевались как над всеми людьми, над молодежью, девушек насиловали, женщин так же и расстреливали, если ты начинаешь не поддаваться – вот так вот и жили, и это было <a href="http://cityadspix.com/tsclick-EBQRILTK-VRMIQUYF?url=http%3A%2F%2Fwww.enter.ru%2Fproduct%2Fchildren%2Fkniga-gramoteyka-intellektualnoe-razvitie-detey-3-4-let-2010110003325&sa=1000&sa1=&sa2=&sa3=&sa4=&sa5=&bt=20&pt=9&lt=2&tl=3&im=Mjc3NS0wLTE0Mjc4NDQwMDItMTE4OTUxMDY%3D&fid=NDQ1NTYwOTc1&prdct=3a0b3c0e3b093d0b32&kw=4%20%D0%B3%D0%BE%D0%B4%D0%B0." target="_blank" alt="Грамотейка. 3-<a href="http://cityadspix.com/tsclick-EBQRILTK-VRMIQUYF?url=http%3A%2F%2Fwww.enter.ru%2Fproduct%2Fchildren%2Fkniga-gramoteyka-intellektualnoe-razvitie-detey-3-4-let-2010110003325&sa=newkey&sa1=&sa2=&sa3=&sa4=&sa5=&bt=20&pt=9&lt=2&tl=3&im=Mjc3NS0wLTE0Mjc4NDQwMDItMTQwNzA0ODY%3D&fid=NDQ5NTg1NDE1&prdct=3a0b3c0e3b093d0b32&kw=4%20%D0%B3%D0%BE%D0%B4%D0%B0" target="_blank" alt="Грамотейка. 3-4 года" title="Грамотейка. 3-4 года" style="">4 года</a>" title="Грамотейка. 3-4 года" style="">4 года.</a> Но и после войны нелегкая жизнь была нашему поколению. Получала я хлеба 700 грамм, как рабочий, а меньше меня все были. Вот детям давали по 400 г. только хлеб один и больше ничего. Съешь кусочек и как хочешь до следующего дня. А вот уже стареньким, которые не работают, и на фронт не могут поехать, им по 200г давали хлеба. Грамм 100 на месяц давали подушечек конфет, потом изредка нам Америка присылала вот этот порошок яичный – вот его вместо мяса раздавали. Ну, только, конечно, граммы это все – один раз поешь и все. В общем было очень и очень трудно. Некоторых, конечно очень много, угоняли: молодежь, детей, а там вообще издевались как хотели: не кормили их вообще, как вот оттуда сообщали им давали опилки. Опилки, представляете! Какие они опилки не знаю. И одно яйцо в сутки – вот и все – как хочешь и живи, и также их заставляли там работать и все. В общем, конечно не все выжили – много там умерло, но некоторые выжили, после войны, конечно, приехали сюда – в Советский Союз. Тогда был еще Советский Союз, ну что еще сказать – конечно, было трудно. Вот приходили, отработаешь 12 часов, а мы самая сили. Уже так считали совершеннолетние. Приходили поезда с ранеными оттуда. Поезда приходят, как раз домой не успеешь уйти – давайте выгружать раненых и всех на вокзал, девушек всех на вокзал, а мальчиков и не было. Они еще маленькие, а те которые побольше были – их тоже куда-то в рабочие батальоны брали, рыть окопы. Некого, только девочки одни. Вот мы выгружали, носилки берем вдвоем, кладем этого раненого, а он и в крови и стонет, особенно летом, пить просит – жарко, а где возьмешь воды. Ну приезжали бойлера, но там стоят народу полно и не достанешь воды. Выгружали их в машины и развозили по всем больницам, где есть места, уже потом и больниц уже не стало – стали закрывать школы. И стали людей, раненых всех начали отправлять, класть в школы – привозить и их там лечили, кому операции, кому чего, кто умирал. Если сильные ранения – не все выдерживали. В общем, каждый месяц, 3-4 недели - опять эшелон идет – длинный поезд такой – везут сюда к нам, ну уж у нас некуда – дальше увозили туда. На Восток.
+
Очень были трудные времена. Говорили все: если мы не будем работать, мы не победим. Мы работали для фронта, для своей страны. Хотя мы и в школе учились. У нас были такие значки – ГТО - готовься к обороне – все равно нам внушали. Ну а тут уже на глазах увидели, что такое война. Каждый [день], я жила на 4 просеке, у Волги, ходили пешком – никаких трамваев не было. Ходил один, как сейчас двойной, а он один. На 3 просеке разъезд. 2 трамвая – доходит один. Другого ждет, пока приедет тот и тогда разойдутся они: этот вниз пойдет, в овраг, а этот к заводу. А мы пешком ходили – на трамвай не сядешь: столько народу. Утром, как просыпались, вставали в 6 часов и шли на работу, пока придем – тут все-таки 2 км от Волги. Раньше по-другому завод назывался – Тарасова или карбюраторный. Пока сюда дойдешь, радио уже начинает говорить, и нам Левитан начинает сообщать, что мы сдали. И в первое время все время сдавали города. Разбитые, все дотла, деревни. Над людьми издевались – это нам уже рассказывали те люди, которые приезжали оттуда – мы то это не видели. А вот приезжали оттуда и говорили, что творят немцы, издевались как над всеми людьми, над молодежью, девушек насиловали, женщин так же и расстреливали, если ты начинаешь не поддаваться – вот так вот и жили, и это было 4 года. Но и после войны нелегкая жизнь была нашему поколению. Получала я хлеба 700 грамм, как рабочий, а меньше меня все были. Вот детям давали по 400 г. только хлеб один и больше ничего. Съешь кусочек и как хочешь до следующего дня. А вот уже стареньким, которые не работают, и на фронт не могут поехать, им по 200г давали хлеба. Грамм 100 на месяц давали подушечек конфет, потом изредка нам Америка присылала вот этот порошок яичный – вот его вместо мяса раздавали. Ну, только, конечно, граммы это все – один раз поешь и все. В общем было очень и очень трудно. Некоторых, конечно очень много, угоняли: молодежь, детей, а там вообще издевались как хотели: не кормили их вообще, как вот оттуда сообщали им давали опилки. Опилки, представляете! Какие они опилки не знаю. И одно яйцо в сутки – вот и все – как хочешь и живи, и также их заставляли там работать и все. В общем, конечно не все выжили – много там умерло, но некоторые выжили, после войны, конечно, приехали сюда – в Советский Союз. Тогда был еще Советский Союз, ну что еще сказать – конечно, было трудно. Вот приходили, отработаешь 12 часов, а мы самая сили. Уже так считали совершеннолетние. Приходили поезда с ранеными оттуда. Поезда приходят, как раз домой не успеешь уйти – давайте выгружать раненых и всех на вокзал, девушек всех на вокзал, а мальчиков и не было. Они еще маленькие, а те которые побольше были – их тоже куда-то в рабочие батальоны брали, рыть окопы. Некого, только девочки одни. Вот мы выгружали, носилки берем вдвоем, кладем этого раненого, а он и в крови и стонет, особенно летом, пить просит – жарко, а где возьмешь воды. Ну приезжали бойлера, но там стоят народу полно и не достанешь воды. Выгружали их в машины и развозили по всем больницам, где есть места, уже потом и больниц уже не стало – стали закрывать школы. И стали людей, раненых всех начали отправлять, класть в школы – привозить и их там лечили, кому операции, кому чего, кто умирал. Если сильные ранения – не все выдерживали. В общем, каждый месяц, 3-4 недели - опять эшелон идет – длинный поезд такой – везут сюда к нам, ну уж у нас некуда – дальше увозили туда. На Восток.
 
 
 
Так что трудные-трудные – не дай Бог вам это увидеть – я этого не хочу. Меня и сейчас слезы пробивают. Когда я видела, какие нам фотокарточки присылали, где немцы забирали наших детей, как они издевались – ужас один, ужас. Так что немцы, вообще никому не надо поддаваться, надо нам быть стойкими и только защищать свою Родину, вот и все. Лучше ничего не будет нигде. Хоть и говорят, что там хорошо, там лучше, да ничего там не лучше – так же. Живут те, которые с государством имеют дело и на них все. Их не много – этих людей-то, а вот они и руководят сейчас, им война нужна, они боятся, как бы что не перевернуть здесь и чтобы их вообще уничтожить – вот из-за этого они и начинают войну сейчас на этой…
 
Так что трудные-трудные – не дай Бог вам это увидеть – я этого не хочу. Меня и сейчас слезы пробивают. Когда я видела, какие нам фотокарточки присылали, где немцы забирали наших детей, как они издевались – ужас один, ужас. Так что немцы, вообще никому не надо поддаваться, надо нам быть стойкими и только защищать свою Родину, вот и все. Лучше ничего не будет нигде. Хоть и говорят, что там хорошо, там лучше, да ничего там не лучше – так же. Живут те, которые с государством имеют дело и на них все. Их не много – этих людей-то, а вот они и руководят сейчас, им война нужна, они боятся, как бы что не перевернуть здесь и чтобы их вообще уничтожить – вот из-за этого они и начинают войну сейчас на этой…
 
 
-На Украине?
 
-На Украине?
 
 
-На Украине – что это? Зачем сваливать на нас? Зачем нам война? Это наши люди там все, больше половины там русских живут, да и не обязательно русских. Там были советские люди, ну жили на Украине, попали в Украину, когда развалился Советский Союз.
 
-На Украине – что это? Зачем сваливать на нас? Зачем нам война? Это наши люди там все, больше половины там русских живут, да и не обязательно русских. Там были советские люди, ну жили на Украине, попали в Украину, когда развалился Советский Союз.
 
 
-Просто кому-то это выгодно
 
-Просто кому-то это выгодно
 
+
-Вот это конечно плохо, что развалили Советский Союз. Этого не надо было бы делать. Нас очень боялась Америка, мы были вооружены, в общем, наше поколение только на войну и работало – ничего не требовали. И в магазинах неважно было, и вообще из продуктов. Да и где все это возьмешь – надо оружие ковать, чтобы это опять нас так не застало, как Гитлер нас застал. Так что мы тогда и так мало получали, да еще высчитывали. Вот нам каждый год давали такие облигации - их сорок лет не отоваривали, потом уже, через 40 лет, начали выпускать номера, что по ним получишь деньги. В общем вот так мы жили 4 года войны. И потом еще до 50-го года. Все равно было нелегко. На восстановление народного хозяйства нам нужно было очень много помогать.
-Вот это конечно плохо, что развалили Советский Союз. Этого не надо было бы делать. Нас очень боялась Америка, мы были вооружены, в общем, наше поколение только на войну и работало – ничего не требовали. И в магазинах неважно было, и вообще из продуктов. Да и где все это возьмешь – надо оружие ковать, чтобы это опять нас так не застало, как Гитлер нас застал. Так что мы тогда и так мало получали, да еще высчитывали. Вот нам каждый год давали такие облигации - их сорок лет не отоваривали, потом уже, через 40 лет, начали выпускать номера, что по ним получишь <a href="http://cityadspix.com/tsclick-FQBAXZA5-GECAQUGV?&sa=1000&sa1=&sa2=&sa3=&sa4=&sa5=&bt=20&pt=9&lt=2&tl=1&im=ODk1NS0wLTE0Mjc4NDQwMDItMTE1Nzc4NDA%3D&fid=NDQ1NTYwOTc1&kw=%D0%B4%D0%B5%D0%BD%D1%8C%D0%B3%D0%B8." target="_blank" alt="payps.ru" title="payps.ru" style="">деньги.</a> В общем вот так мы жили <a href="http://cityadspix.com/tsclick-EBQRILTK-VRMIQUYF?url=http%3A%2F%2Fwww.enter.ru%2Fproduct%2Fchildren%2Fkniga-gramoteyka-intellektualnoe-razvitie-detey-3-4-let-2010110003325&sa=1000&sa1=&sa2=&sa3=&sa4=&sa5=&bt=20&pt=9&lt=2&tl=3&sa=1000&sa1=&sa2=&sa3=&sa4=&sa5=&im=Mjc3NS0wLTE0Mjc4NDQwMDItMTg4NTAxMzE%3D&fid=NDQ1NTYwOTc1&prdct=3a0b3c0e3b093d0b32&kw=4%20%D0%B3%D0%BE%D0%B4%D0%B0" target="_blank" alt="Грамотейка. 3-<a href="http://cityadspix.com/tsclick-EBQRILTK-VRMIQUYF?url=http%3A%2F%2Fwww.enter.ru%2Fproduct%2Fchildren%2Fkniga-gramoteyka-intellektualnoe-razvitie-detey-3-4-let-2010110003325&sa=newkey&sa1=&sa2=&sa3=&sa4=&sa5=&bt=20&pt=9&lt=2&tl=3&sa=newkey&sa1=&sa2=&sa3=&sa4=&sa5=&im=Mjc3NS0wLTE0Mjc4NDQwMDItMTI0MzUxNjc%3D&fid=NDQ5NTg1NDE1&prdct=3a0b3c0e3b093d0b32&kw=4%20%D0%B3%D0%BE%D0%B4%D0%B0" target="_blank" alt="Грамотейка. 3-4 года" title="Грамотейка. 3-4 года" style="">4 года</a>" title="Грамотейка. 3-4 года" style="">4 года</a> войны. И потом еще до 50-го года. Все равно было нелегко. На восстановление народного хозяйства нам нужно было очень много помогать.
 
 
Я вот ездила на Украину в Винницу там туда ехали в  47 году, потому что здесь жить негде было, а там на восстановление завода всё-таки настроили кое каких домов, и туда моего мужа  командировали. Он не был на фронте у него была бронь. Мужчина без брони никуда не ходил, если его ловили а брони  нет всё, иди на фронт. Бронь обязательно должна была быть. И мы уехали туда пока мы туда ехали я смотрела из поезда в окно ехали через большие города, а на их месте были одни воронки а вот через 5 лет мы оттуда ехали  я уже там скучала о своём  Куйбошеве ведь  там все родные, братья, сёстры,  родители, хоть жить негде,  а все равно мы поехали домой. Приехали, а жить негде, 6 месяцев жили у родителей,  а потом мы нашли дачу заброшенную и 5 лет там прожили.  С ребёнком туда поехали  а там ещё родилась дочка, у нас  вот так вот и двое детей у нас было,  потом ещё. У меня всего пятеро детей  все выросли, но муж,  их отец, умер рано,  хоть он и на фронте не был,  но он же был 1910 года. А молодежи совсем не было, нам не за кого было даже замуж выходить, перебили всех  вот и пришлось. Он был на 13 лет меня старше у него была семья но детей не было а ему детей надо было  вот народили мы с ним пятеро детей  теперь у меня 13 правнуков,  10 внуков.   
 
Я вот ездила на Украину в Винницу там туда ехали в  47 году, потому что здесь жить негде было, а там на восстановление завода всё-таки настроили кое каких домов, и туда моего мужа  командировали. Он не был на фронте у него была бронь. Мужчина без брони никуда не ходил, если его ловили а брони  нет всё, иди на фронт. Бронь обязательно должна была быть. И мы уехали туда пока мы туда ехали я смотрела из поезда в окно ехали через большие города, а на их месте были одни воронки а вот через 5 лет мы оттуда ехали  я уже там скучала о своём  Куйбошеве ведь  там все родные, братья, сёстры,  родители, хоть жить негде,  а все равно мы поехали домой. Приехали, а жить негде, 6 месяцев жили у родителей,  а потом мы нашли дачу заброшенную и 5 лет там прожили.  С ребёнком туда поехали  а там ещё родилась дочка, у нас  вот так вот и двое детей у нас было,  потом ещё. У меня всего пятеро детей  все выросли, но муж,  их отец, умер рано,  хоть он и на фронте не был,  но он же был 1910 года. А молодежи совсем не было, нам не за кого было даже замуж выходить, перебили всех  вот и пришлось. Он был на 13 лет меня старше у него была семья но детей не было а ему детей надо было  вот народили мы с ним пятеро детей  теперь у меня 13 правнуков,  10 внуков.   
 
Я не жалею что у меня много детей хоть мне и трудно было  а все равно  что то они пригодились государству  людей мало было  начали расти подрастать  стали работать вот так. Ну, жизнь была трудной  после войны, потом стало полегче вроде, но всё равно не так  хорошо - ничего не купишь, из одежды ничего не было,  кто то сумеет привести откуда, то вот  у них, спекулянтов  этих, покупали  и одевали детей.
 
Я не жалею что у меня много детей хоть мне и трудно было  а все равно  что то они пригодились государству  людей мало было  начали расти подрастать  стали работать вот так. Ну, жизнь была трудной  после войны, потом стало полегче вроде, но всё равно не так  хорошо - ничего не купишь, из одежды ничего не было,  кто то сумеет привести откуда, то вот  у них, спекулянтов  этих, покупали  и одевали детей.
 
 
-  У нас есть ещё несколько вопросов.
 
-  У нас есть ещё несколько вопросов.
 
 
- Ну,  пожалуйста.
 
- Ну,  пожалуйста.
 
 
- Вот когда стране объявили, что война закончилась, как вы об этом узнали?
 
- Вот когда стране объявили, что война закончилась, как вы об этом узнали?
 
+
- Ой, война когда закончилась, еще стреляли много  в этот  день, когда Жуков подписал  уже этот  документ  о том, что война закончилась, всё равно... Людям всем сразу не скажешь,  ничего не знали, и друг друга били,  и немцев много погибло  в это время, и наших тоже солдат,  вот прямо в последний день войны очень много погибло, тоже  сразу та не скажешь, конечно, фронт длинный  как объяснишь. Когда объяснили,  мы пошли на работу каждый день надо на 21 минуту опоздаешь,  уже военный трибунал судил,  ну военный там не военный  давали 6 месяцев высчитывать 25%  с зарплаты,  потому что опоздал на 21 минуту, были очень такие законы.  Но молодцы, что такие Сталин правильно сделал, иначе можно не победить надо, народу  всё-таки маленько толковать, в чём дело. И если ты прогуляешь один день,  военный трибунал судил и сразу на фронт  отправляли, хоть девушек хоть ребят, хоть мужчину,  ни считались ни с чем,  вот моя тётка  строила железные дороги,  ей присудили 3 года,  она бросила завод Масленникова  и уехала в Кошки, нашли и присудили ей 3 года  так что и там не легко.  Киркой делала землю копали  чтоб проводить  железную дорогу, тоже и голодные и холодные,  и всякие были цеха заводские, большие - снег  или что упадёт, мы сами ремонтировали. Крыша, она хоть и высоко,  стеклянная крыша, вот когда не отремонтируешь, снег валится.
- Ой, война когда закончилась, еще стреляли много  в этот  день, когда Жуков подписал  уже этот  документ  о том, что война закончилась, всё равно... Людям всем сразу не скажешь,  ничего не знали, и друг друга били,  и немцев много погибло  в это время, и наших тоже солдат,  вот прямо в последний день войны очень много погибло, тоже  сразу та не скажешь, конечно, фронт длинный  как объяснишь. Когда объяснили,  мы пошли на работу каждый день надо на 21 минуту опоздаешь,  уже военный трибунал судил,  ну военный там не военный  давали 6 месяцев высчитывать 25%  с зарплаты,  потому что опоздал на 21 минуту, были очень такие законы.  Но молодцы, что такие Сталин правильно сделал, иначе можно не победить надо, народу  всё-таки маленько толковать, в чём дело. И если ты прогуляешь один день,  военный трибунал судил и сразу на фронт  отправляли, хоть девушек хоть ребят, хоть мужчину,  ни считались ни с чем,  вот моя тётка  строила железные дороги,  ей присудили <a href="http://cityadspix.com/tsclick-EBQRILTK-VRMIQUYF?url=http%3A%2F%2Fwww.enter.ru%2Fproduct%2Fchildren%2Fkniga-gramoteyka-intellektualnoe-razvitie-detey-3-4-let-2010110003325&sa=1000&sa1=&sa2=&sa3=&sa4=&sa5=&bt=20&pt=9&lt=2&tl=3&im=Mjc3NS0wLTE0Mjc4NDQwMDItMTc3ODIxMzQ%3D&fid=NDQ1NTYwOTc1&prdct=3a0b3c0e3b093d0b32&kw=3%20%D0%B3%D0%BE%D0%B4%D0%B0" target="_blank" alt="Грамотейка. 3-<a href="http://cityadspix.com/tsclick-EBQRILTK-VRMIQUYF?url=http%3A%2F%2Fwww.enter.ru%2Fproduct%2Fchildren%2Fkniga-gramoteyka-intellektualnoe-razvitie-detey-3-4-let-2010110003325&sa=newkey&sa1=&sa2=&sa3=&sa4=&sa5=&bt=20&pt=9&lt=2&tl=3&sa=newkey&sa1=&sa2=&sa3=&sa4=&sa5=&sa=newkey&sa1=&sa2=&sa3=&sa4=&sa5=&im=Mjc3NS0wLTE0Mjc4NDQwMDItMTY4NzcxMjI%3D&fid=NDQ5NTg1NDE1&prdct=3a0b3c0e3b093d0b32&kw=4%20%D0%B3%D0%BE%D0%B4%D0%B0" target="_blank" alt="Грамотейка. 3-4 года" title="Грамотейка. 3-4 года" style="">4 года</a>" title="Грамотейка. 3-4 года" style=""><a href="http://cityadspix.com/tsclick-EBQRILTK-VRMIQUYF?url=http%3A%2F%2Fwww.enter.ru%2Fproduct%2Fchildren%2Fkniga-gramoteyka-intellektualnoe-razvitie-detey-3-4-let-2010110003325&sa=newkey&sa1=&sa2=&sa3=&sa4=&sa5=&bt=20&pt=9&lt=2&tl=3&im=Mjc3NS0wLTE0Mjc4NDQwMDItMTI2ODUwNjg%3D&fid=NDQ5NTg1NDE1&prdct=3a0b3c0e3b093d0b32&kw=3%20%D0%B3%D0%BE%D0%B4%D0%B0" target="_blank" alt="Грамотейка. 3-4 года" title="Грамотейка. 3-4 года" style="">3 года</a></a>,  она бросила завод Масленникова  и уехала в Кошки, нашли и присудили ей 3 года  так что и там не легко.  Киркой делала землю копали  чтоб проводить  железную дорогу, тоже и голодные и холодные,  и всякие были цеха заводские, большие - снег  или что упадёт, мы сами ремонтировали. Крыша, она хоть и высоко,  стеклянная крыша, вот когда не отремонтируешь, снег валится.
 
 
 
 
Я последнее время,  как раз вот когда «Катюшу»  начали выпускать, начала работать. Вот на гильзах там штука такая есть, ну запальник что ли, вот такие вот они это большие гильзы,  а вот патроны вы  видели  когда-нибудь?  Там маленькие пистончики, а здесь  вот такие. Я их тысячами каждый день гнала на «Ламберте» - это французский станочек был, вот он всё и фрезерует сам, и всё, и только за ним  наблюдаю,  это уже было где-то в 1943 году  когда начали «Катюшу» выпускать. Вот «Катюша» здорово помогла на фронте, она здорово била, на всех фронтах боялись «Катюшу».  
 
Я последнее время,  как раз вот когда «Катюшу»  начали выпускать, начала работать. Вот на гильзах там штука такая есть, ну запальник что ли, вот такие вот они это большие гильзы,  а вот патроны вы  видели  когда-нибудь?  Там маленькие пистончики, а здесь  вот такие. Я их тысячами каждый день гнала на «Ламберте» - это французский станочек был, вот он всё и фрезерует сам, и всё, и только за ним  наблюдаю,  это уже было где-то в 1943 году  когда начали «Катюшу» выпускать. Вот «Катюша» здорово помогла на фронте, она здорово била, на всех фронтах боялись «Катюшу».  
 +
- Всё таки, это радостно было  узнать, что война закончилась?
 +
- А как же? А как же? Мы шли уже на работу, а уже с работы шли  люди нам навстречу, потому что завод большой. Приходили  к 8 а вот эти, кто в конторе работал, они к 9. Не доходили до завода - и уже закрыты были эти ворота  проходные, им сказали: «Идите домой!  Война кончилась!». И они нам на встречу,  которые в 7 часов, в 8. Мы не верили, что война кончилась и знаете?  Даже вот  чтобы как-то  отметить, хлеба даже не было, и отмечать  нечем было. Как  сейчас  прнято водкой отмечать, а  ведь тогда не до водки было, хлеба бы досыта поесть, и то хлеб какой - ржаной кирпичик на 10 частей раздели, каждый кусочек стоит  10 рублей. Вот сейчас 10 рублей ничто, а в то время было большие деньги. Вот нам говорят: «Война кончилась!», а мы не верим. Ещё партия людей идёт, кто к 7 приходил,  говорят: «Война кончилась! Война кончилась!» и мы тогда уж поверили, много уже людей оттуда идут. На всех заводах так объясняли,  и мы вернулись домой. Ну, кто плакал, конечно, в каждой семье были то сильно раненные,  то убитые, то  калеки  радости-то было  мало.  С нашей семьи у меня брат только. Потом война кончилась. Япония на нас поднялась  вот, туда попал мой брат,  с 1925 года он. Ну ладно, там быстро кончилось  там всего-то 3 месяца что ли было,  так что хорошо, это что она кончилась быстро, их сразу перебили. Они думали, что ослаб Советский Союз, и сразу победят. Не победили, за 3 месяца всё, кончилась война там. Радости конечно было много, хоть и было всякое во всех семьях,  и убитые, и раненные,  по несколько человек из семьи было убито, но все равно война  кончилась, радость уже конечно большая наступила.
  
- Всё-таки, это радостно было  узнать, что война закончилась?
 
 
- А как же? А как же? Мы шли уже на работу, а уже с работы шли  люди нам навстречу, потому что завод большой. Приходили  к 8 а вот эти, кто в конторе работал, они к 9. Не доходили до завода - и уже закрыты были эти ворота  проходные, им сказали: «Идите домой!  Война кончилась!». И они нам на встречу,  которые в 7 часов, в 8. Мы не верили, что война кончилась и знаете?  Даже вот  чтобы как-то  отметить, хлеба даже не было, и отмечать  нечем было. Как  сейчас  принято водкой отмечать, а  ведь тогда не до водки было, хлеба бы досыта поесть, и то хлеб какой - ржаной кирпичик на 10 частей раздели, каждый кусочек стоит  10 рублей. Вот сейчас 10 рублей ничто, а в то время было большие деньги. Вот нам говорят: «Война кончилась!», а мы не верим. Ещё партия людей идёт, кто к 7 приходил,  говорят: «Война кончилась! Война кончилась!» и мы тогда уж поверили, много уже людей оттуда идут. На всех заводах так объясняли,  и мы вернулись домой. Ну, кто плакал, конечно, в каждой семье были то сильно раненные,  то убитые, то  калеки  радости-то было  мало.  С нашей семьи у меня брат только. Потом война кончилась. Япония на нас поднялась  вот, туда попал мой брат,  с 1925 года он. Ну ладно, там быстро кончилось  там всего-то 3 месяца что ли было,  так что хорошо, это что она кончилась быстро, их сразу перебили. Они думали, что ослаб Советский Союз, и сразу победят. Не победили, за 3 месяца всё, кончилась война там. Радости конечно было много, хоть и было всякое во всех семьях,  и убитые, и раненные,  по несколько человек из семьи было убито, но все равно война  кончилась, радость уже конечно большая наступила.
 
  
  

Версия 02:26, 1 апреля 2015

- Сколько Вам было лет, когда война началась? - Мне как раз 18 исполнилось. Через неделю война. Мне 12 июня, а война началась 22. Я уже работала на заводе Масленикова. Написала заявление, чтобы на фронт взяли. Разве мы понимали, что такое война? Не видели ни разу. Так как я работала на военном заводе, то меня на фронт не взяли, а кто не работал из девушек – взяли. Там нужны были девушки. Конечно, работали очень много, по 12-15 часов работали. Нужно было оружие, мы еще не готовы были к такой войне. Потому что война без предупреждения была, он сразу напал на нас, мы и не знали, что будет война. Потом из Ленинграда, Москвы, других городов станки перевезли сюда, в Куйбышев, и все поставили за месяц-полтора, быстро все делали. И начали выпускать здесь военную продукцию. На заводе Масленникова, на других заводах. Работали по 12 часов. И моложе меня были, но они мало что могли, ребенок и есть ребенок. По 12, по 15 лет. В коридоре спали – не разбудишь. Сидят-сидят – и уснут. В общем, тяжело было. Молодые, конечно, спать охота, а притом и дома помогать надо. У меня семья была большая: 8 человек нас, детей. Комнатка маленькая. А тут начали к нам эвакуировать людей: там бомбить стали. Людей стали сюда к нам в Куйбышев, на дальний Восток, во все города стали присылать людей, которые под бомбежку попали. Расселяли по квартирам. У кого и маленькая - все равно вселялись, потому что некуда было народ девать. У нас здесь-то и тогда маленькая жилплощади, много еще не построено было. Потому что не так много у советской власти времени было. Я родилась в 1923 году, я знаю, до 1930 года мы жили в Коптевом овраге – может слышали? – вот там я родилась. Оттуда ездили на лошади в город. Но эта лошадь у нас не сразу появилась. Ну ладно про это. А вот про войну-то надо побольше вам сказать. Очень были трудные времена. Говорили все: если мы не будем работать, мы не победим. Мы работали для фронта, для своей страны. Хотя мы и в школе учились. У нас были такие значки – ГТО - готовься к обороне – все равно нам внушали. Ну а тут уже на глазах увидели, что такое война. Каждый [день], я жила на 4 просеке, у Волги, ходили пешком – никаких трамваев не было. Ходил один, как сейчас двойной, а он один. На 3 просеке разъезд. 2 трамвая – доходит один. Другого ждет, пока приедет тот и тогда разойдутся они: этот вниз пойдет, в овраг, а этот к заводу. А мы пешком ходили – на трамвай не сядешь: столько народу. Утром, как просыпались, вставали в 6 часов и шли на работу, пока придем – тут все-таки 2 км от Волги. Раньше по-другому завод назывался – Тарасова или карбюраторный. Пока сюда дойдешь, радио уже начинает говорить, и нам Левитан начинает сообщать, что мы сдали. И в первое время все время сдавали города. Разбитые, все дотла, деревни. Над людьми издевались – это нам уже рассказывали те люди, которые приезжали оттуда – мы то это не видели. А вот приезжали оттуда и говорили, что творят немцы, издевались как над всеми людьми, над молодежью, девушек насиловали, женщин так же и расстреливали, если ты начинаешь не поддаваться – вот так вот и жили, и это было 4 года. Но и после войны нелегкая жизнь была нашему поколению. Получала я хлеба 700 грамм, как рабочий, а меньше меня все были. Вот детям давали по 400 г. только хлеб один и больше ничего. Съешь кусочек и как хочешь до следующего дня. А вот уже стареньким, которые не работают, и на фронт не могут поехать, им по 200г давали хлеба. Грамм 100 на месяц давали подушечек конфет, потом изредка нам Америка присылала вот этот порошок яичный – вот его вместо мяса раздавали. Ну, только, конечно, граммы это все – один раз поешь и все. В общем было очень и очень трудно. Некоторых, конечно очень много, угоняли: молодежь, детей, а там вообще издевались как хотели: не кормили их вообще, как вот оттуда сообщали им давали опилки. Опилки, представляете! Какие они опилки не знаю. И одно яйцо в сутки – вот и все – как хочешь и живи, и также их заставляли там работать и все. В общем, конечно не все выжили – много там умерло, но некоторые выжили, после войны, конечно, приехали сюда – в Советский Союз. Тогда был еще Советский Союз, ну что еще сказать – конечно, было трудно. Вот приходили, отработаешь 12 часов, а мы самая сили. Уже так считали совершеннолетние. Приходили поезда с ранеными оттуда. Поезда приходят, как раз домой не успеешь уйти – давайте выгружать раненых и всех на вокзал, девушек всех на вокзал, а мальчиков и не было. Они еще маленькие, а те которые побольше были – их тоже куда-то в рабочие батальоны брали, рыть окопы. Некого, только девочки одни. Вот мы выгружали, носилки берем вдвоем, кладем этого раненого, а он и в крови и стонет, особенно летом, пить просит – жарко, а где возьмешь воды. Ну приезжали бойлера, но там стоят народу полно и не достанешь воды. Выгружали их в машины и развозили по всем больницам, где есть места, уже потом и больниц уже не стало – стали закрывать школы. И стали людей, раненых всех начали отправлять, класть в школы – привозить и их там лечили, кому операции, кому чего, кто умирал. Если сильные ранения – не все выдерживали. В общем, каждый месяц, 3-4 недели - опять эшелон идет – длинный поезд такой – везут сюда к нам, ну уж у нас некуда – дальше увозили туда. На Восток. Так что трудные-трудные – не дай Бог вам это увидеть – я этого не хочу. Меня и сейчас слезы пробивают. Когда я видела, какие нам фотокарточки присылали, где немцы забирали наших детей, как они издевались – ужас один, ужас. Так что немцы, вообще никому не надо поддаваться, надо нам быть стойкими и только защищать свою Родину, вот и все. Лучше ничего не будет нигде. Хоть и говорят, что там хорошо, там лучше, да ничего там не лучше – так же. Живут те, которые с государством имеют дело и на них все. Их не много – этих людей-то, а вот они и руководят сейчас, им война нужна, они боятся, как бы что не перевернуть здесь и чтобы их вообще уничтожить – вот из-за этого они и начинают войну сейчас на этой… -На Украине? -На Украине – что это? Зачем сваливать на нас? Зачем нам война? Это наши люди там все, больше половины там русских живут, да и не обязательно русских. Там были советские люди, ну жили на Украине, попали в Украину, когда развалился Советский Союз. -Просто кому-то это выгодно -Вот это конечно плохо, что развалили Советский Союз. Этого не надо было бы делать. Нас очень боялась Америка, мы были вооружены, в общем, наше поколение только на войну и работало – ничего не требовали. И в магазинах неважно было, и вообще из продуктов. Да и где все это возьмешь – надо оружие ковать, чтобы это опять нас так не застало, как Гитлер нас застал. Так что мы тогда и так мало получали, да еще высчитывали. Вот нам каждый год давали такие облигации - их сорок лет не отоваривали, потом уже, через 40 лет, начали выпускать номера, что по ним получишь деньги. В общем вот так мы жили 4 года войны. И потом еще до 50-го года. Все равно было нелегко. На восстановление народного хозяйства нам нужно было очень много помогать. Я вот ездила на Украину в Винницу там туда ехали в 47 году, потому что здесь жить негде было, а там на восстановление завода всё-таки настроили кое каких домов, и туда моего мужа командировали. Он не был на фронте у него была бронь. Мужчина без брони никуда не ходил, если его ловили а брони нет всё, иди на фронт. Бронь обязательно должна была быть. И мы уехали туда пока мы туда ехали я смотрела из поезда в окно ехали через большие города, а на их месте были одни воронки а вот через 5 лет мы оттуда ехали я уже там скучала о своём Куйбошеве ведь там все родные, братья, сёстры, родители, хоть жить негде, а все равно мы поехали домой. Приехали, а жить негде, 6 месяцев жили у родителей, а потом мы нашли дачу заброшенную и 5 лет там прожили. С ребёнком туда поехали а там ещё родилась дочка, у нас вот так вот и двое детей у нас было, потом ещё. У меня всего пятеро детей все выросли, но муж, их отец, умер рано, хоть он и на фронте не был, но он же был 1910 года. А молодежи совсем не было, нам не за кого было даже замуж выходить, перебили всех вот и пришлось. Он был на 13 лет меня старше у него была семья но детей не было а ему детей надо было вот народили мы с ним пятеро детей теперь у меня 13 правнуков, 10 внуков. Я не жалею что у меня много детей хоть мне и трудно было а все равно что то они пригодились государству людей мало было начали расти подрастать стали работать вот так. Ну, жизнь была трудной после войны, потом стало полегче вроде, но всё равно не так хорошо - ничего не купишь, из одежды ничего не было, кто то сумеет привести откуда, то вот у них, спекулянтов этих, покупали и одевали детей. - У нас есть ещё несколько вопросов. - Ну, пожалуйста. - Вот когда стране объявили, что война закончилась, как вы об этом узнали? - Ой, война когда закончилась, еще стреляли много в этот день, когда Жуков подписал уже этот документ о том, что война закончилась, всё равно... Людям всем сразу не скажешь, ничего не знали, и друг друга били, и немцев много погибло в это время, и наших тоже солдат, вот прямо в последний день войны очень много погибло, тоже сразу та не скажешь, конечно, фронт длинный как объяснишь. Когда объяснили, мы пошли на работу каждый день надо на 21 минуту опоздаешь, уже военный трибунал судил, ну военный там не военный давали 6 месяцев высчитывать 25% с зарплаты, потому что опоздал на 21 минуту, были очень такие законы. Но молодцы, что такие Сталин правильно сделал, иначе можно не победить надо, народу всё-таки маленько толковать, в чём дело. И если ты прогуляешь один день, военный трибунал судил и сразу на фронт отправляли, хоть девушек хоть ребят, хоть мужчину, ни считались ни с чем, вот моя тётка строила железные дороги, ей присудили 3 года, она бросила завод Масленникова и уехала в Кошки, нашли и присудили ей 3 года так что и там не легко. Киркой делала землю копали чтоб проводить железную дорогу, тоже и голодные и холодные, и всякие были цеха заводские, большие - снег или что упадёт, мы сами ремонтировали. Крыша, она хоть и высоко, стеклянная крыша, вот когда не отремонтируешь, снег валится. Я последнее время, как раз вот когда «Катюшу» начали выпускать, начала работать. Вот на гильзах там штука такая есть, ну запальник что ли, вот такие вот они это большие гильзы, а вот патроны вы видели когда-нибудь? Там маленькие пистончики, а здесь вот такие. Я их тысячами каждый день гнала на «Ламберте» - это французский станочек был, вот он всё и фрезерует сам, и всё, и только за ним наблюдаю, это уже было где-то в 1943 году когда начали «Катюшу» выпускать. Вот «Катюша» здорово помогла на фронте, она здорово била, на всех фронтах боялись «Катюшу». - Всё таки, это радостно было узнать, что война закончилась? - А как же? А как же? Мы шли уже на работу, а уже с работы шли люди нам навстречу, потому что завод большой. Приходили к 8 а вот эти, кто в конторе работал, они к 9. Не доходили до завода - и уже закрыты были эти ворота проходные, им сказали: «Идите домой! Война кончилась!». И они нам на встречу, которые в 7 часов, в 8. Мы не верили, что война кончилась и знаете? Даже вот чтобы как-то отметить, хлеба даже не было, и отмечать нечем было. Как сейчас прнято водкой отмечать, а ведь тогда не до водки было, хлеба бы досыта поесть, и то хлеб какой - ржаной кирпичик на 10 частей раздели, каждый кусочек стоит 10 рублей. Вот сейчас 10 рублей ничто, а в то время было большие деньги. Вот нам говорят: «Война кончилась!», а мы не верим. Ещё партия людей идёт, кто к 7 приходил, говорят: «Война кончилась! Война кончилась!» и мы тогда уж поверили, много уже людей оттуда идут. На всех заводах так объясняли, и мы вернулись домой. Ну, кто плакал, конечно, в каждой семье были то сильно раненные, то убитые, то калеки радости-то было мало. С нашей семьи у меня брат только. Потом война кончилась. Япония на нас поднялась вот, туда попал мой брат, с 1925 года он. Ну ладно, там быстро кончилось там всего-то 3 месяца что ли было, так что хорошо, это что она кончилась быстро, их сразу перебили. Они думали, что ослаб Советский Союз, и сразу победят. Не победили, за 3 месяца всё, кончилась война там. Радости конечно было много, хоть и было всякое во всех семьях, и убитые, и раненные, по несколько человек из семьи было убито, но все равно война кончилась, радость уже конечно большая наступила.



На главную

На страницу проекта Здесь тыл был фронтом

Поиски и находки